У каждого есть собственный лабиринт. Кто-то его разгадывает, пробуя разные подходы. Кто-то настаивает на одном способе, полагая, что результата не будет, если всегда бросать на полпути. А некоторые вовсе не разгадывают свой лабиринт.
Лабиринт есть у всех без исключения, он строился годами с опытом, с каждым событием. Сам лабиринт уникален, как жизнь человека, но универсальны некоторые закономерности, наблюдаемые дотошными исследователями лабиринта. Это и интересно, и трудно, потому как пройти его можно только самостоятельно. Друзья, целители и шаманы не могут пройти этот путь за кого-то другого, связи и деньги не могут помочь.
Приходится самому проживать всё, что открывается при движении к центру лабиринта. Приходится учиться распознавать подсказки, биографические артефакты и символы, значащие что-то только для самого человека. Приближение же к центру пугает встречей с неизведанным и запредельным, как древних узников Миноса пугала встреча с кровожадным Минотавром.
Часто случается, что те, кого видишь союзниками, оказываются частью лабиринта и служат еще большему запутыванию. Со временем, обретаешь способность учиться у них, читая за их ролями ценные для себя направляющие подсказки. Они не виноваты… Они тоже ходят по своему личному лабиринту. Тщетность попыток его пройти приводит многих к вынужденному смирению перед ним, и рано или поздно мы завершаем наш путь на одной из его троп. Порой всего за одной стеной от самого центра.
Некоторые из нас так далеко от центра, что не хватит и жизни к нему подойти даже с картой. Но само это движение к центру так отзывается и усиливает внутри глубинную вибрацию правды, что цель уже не имеет значения. Само движение к центру лабиринта становится наградой — это индивидуальное путешествие к своей сути.
В древнем мифе Тессей убил Минотавра. Но Минотавр не виноват в своей жестокости и уродстве. Он был отвергнут стыдящимися его родителями и брошен в лабиринт только из-за того, что он отличался. В наших силах не убегать от Минотавра и не идти его убивать, как делал Тиссей. А идти к нему с любовью, в которой он так нуждается, этот одинокий, знающий только ненависть к себе, брошенный в центре лабиринта большой ребенок.
Лабиринт есть у всех без исключения, он строился годами с опытом, с каждым событием. Сам лабиринт уникален, как жизнь человека, но универсальны некоторые закономерности, наблюдаемые дотошными исследователями лабиринта. Это и интересно, и трудно, потому как пройти его можно только самостоятельно. Друзья, целители и шаманы не могут пройти этот путь за кого-то другого, связи и деньги не могут помочь.
Приходится самому проживать всё, что открывается при движении к центру лабиринта. Приходится учиться распознавать подсказки, биографические артефакты и символы, значащие что-то только для самого человека. Приближение же к центру пугает встречей с неизведанным и запредельным, как древних узников Миноса пугала встреча с кровожадным Минотавром.
Часто случается, что те, кого видишь союзниками, оказываются частью лабиринта и служат еще большему запутыванию. Со временем, обретаешь способность учиться у них, читая за их ролями ценные для себя направляющие подсказки. Они не виноваты… Они тоже ходят по своему личному лабиринту. Тщетность попыток его пройти приводит многих к вынужденному смирению перед ним, и рано или поздно мы завершаем наш путь на одной из его троп. Порой всего за одной стеной от самого центра.
Некоторые из нас так далеко от центра, что не хватит и жизни к нему подойти даже с картой. Но само это движение к центру так отзывается и усиливает внутри глубинную вибрацию правды, что цель уже не имеет значения. Само движение к центру лабиринта становится наградой — это индивидуальное путешествие к своей сути.
В древнем мифе Тессей убил Минотавра. Но Минотавр не виноват в своей жестокости и уродстве. Он был отвергнут стыдящимися его родителями и брошен в лабиринт только из-за того, что он отличался. В наших силах не убегать от Минотавра и не идти его убивать, как делал Тиссей. А идти к нему с любовью, в которой он так нуждается, этот одинокий, знающий только ненависть к себе, брошенный в центре лабиринта большой ребенок.
